Выступление адвоката Ерченко Л.В. в прениях

адвокат Сочи Ерченко Л.В.
Судебная коллегия Краснодарского краевого суда по уголовным делам:
председательствующий судья Басов И.Е. судьи: Крайник И.Ю., Бумагина О.В.
ДЕЛО №  22-4891/2016 
krasnodarskii-kraevoi-sud2
секретарь: Кузнецова М.Е.
государственный обвинитель: Тонконоженко 
представители потерпевшего: адвокат Горгадзе Ш.О., Ечкалов С.Н.
осужденный: Игнатенко П.Н.
защита адвокаты: Ерченко Л.В., Артёменко Н.В., Спиричев А.А., Дубин Е.А.
pervaya-instantsiya apellyatsiya pervaya-kassatsiya vtoraya-kassatsiya nadzor

Здесь с чего всё начиналось>>>

Обосновывая вывод о том, что вина Игнатенко П.Н. в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, доказана суд первой инстанции исходил из того, что на момент заключения договора купли – продажи сахар – песка № S 37/431 от 12.11.2012 Игнатенко П.Н.:

  • находился под управлением и контролем руководства ООО «Кубанский сахар» и все решений принимал по согласованию с ним, а значит всё делал в интересах ООО«Кубанский сахар»;
  • заключил данный договор с неизвестной на сахарном рынке фирмой ООО«АгроИндустрия» по указанию Благовещенской О.В., не убедившись в платёжеспособности этой фирмы, и без предварительных переговоров с её директором Оденко А.Г., зная при этом, что (Оденко А.Г.) не будет оплачивать полученный сахар – песок;
  • должен был заключить данный договор с ООО «Кубанский сахар», потому что ОАО«Каневсксахар» сотрудничало именно с этой организацией, а не с той, которую на тот момент никто не знал;
  • перед подписанием договора не согласовал его условия с профильными сотрудниками аппарата управления ОАО «Каневсксахар», и при этом он необоснованно отклонил другие предложения по покупке сахар – песка. Предусмотренная договором отсрочка платежа на длительный срок не соответствовала обычаям делового оборота (практике работы завода) и интересам ОАО «Каневсксахар», поскольку сахар является ликвидным и востребованным на рынке товаром, и завод всегда отпускал его по предоплате, тем более, что на тот момент завод находился в тяжелом финансовом состоянии: предстояли крупные платежи по займам, налогам и зарплате;
  • подписал договор из корыстной заинтересованности, которую подтвердили свидетели Осканов М.Х., Григоренко С.М., Мишарев М.Н., Месропян Ю.Г.

В опровержение этих выводов Игнатенко П.Н. показал, что имеет высшее образование в сфере сахарной промышленности и неоконченное экономическое образование. В период с 1990 года по 30.07.2013 занимал различные должности на сахарных заводах (последнее место работы Лабинский сахарный завод в должности технического директора). Примерно в феврале – марте 2012 года по предложению директора ОАО «Каневсксахар» Мудракова В.А. устроился на работу техническим директором завода, а когда Мудраков В.А. ушёл на пенсию, то был назначен на должность генерального директора ОАО«Каневсксахар». В начале его деятельности в качестве генерального директора завода бухгалтер и финансовый директор сообщили ему, что у завода имеется проблемы с оплатой налогов на прибыль около 40 млн. рублей, и завод не мог полностью рассчитаться со свеклосдатчиками. После попыток получить в нескольких банках кредиты для решения этих проблем он, посоветовавшись с начальником планово-экономического отдела Селиной, взял у ООО «Кубанский Сахар» заём около 100 млн. рублей, который в августе 2012 года вернул. В августе 2012 года работникам на заводе была поднята зарплата на 16 %, и на конец сезона завод отработал без поломок и с хорошими показателями. Поскольку было заключено много договоров как с известными, так и неизвестными фирмами, первые финансовые поступления начались в августе 2012 года, завод выходил на прибыльность, и Селина уверяла, что в 2012 году завод работает с хорошими экономическими показателями и каких – либо переживаний за будущие финансовое состояние завода ни у кого не было, задолженностей по налогам и зарплатам за 2012 год тоже не было. Ночью 26.12.2012 к домовладению, в котором он проживает, подъехали неизвестные лица. В доме находилась только тёща (Евгения Ивановна), которой один из прибывших сказал, чтобы он (П.Н.Игнатенко) должен отказаться от должности генерального директора ОАО«Каневсксахар» иначе он (Игнатенко П.Н.) «не будет дышать». 28.12.2012, прибыв на рабочее место, обнаружил в своём кабинете Осканова М.Х., которого председатель совета директоров общества Мишарев М.Н. представил в качестве нового генерального директора завода. В ходе разговора ни у кого из присутствующих в кабинете вопросов по хозяйственной деятельности завода, его ремонту, реконструкции и инвестициях не было. Предложение Игнатенко П.Н. занять прежнюю должность технического директора Мишарев М.Н. не принял, после чего, не ожидая к себе такого отношения, написал заявление на увольнение, забрал свои личные вещи и ушел. Никто из нового руководства завода прошлой его трудовой деятельностью в ОАО «Каневсксахар» не интересовался, и никаких разговоров о якобы полученном вознаграждении за заключение договора купли – продажи сахар – песка №S37/431 от 12.11.2012 он никогда ни с кем не вёл. 15.01.2013 к его домовладению вновь подъехало трое неизвестных лиц, один из которых приезжал 26.12.2012. В доме были только теща и жена, которые, испугавшись приезжих лиц, вызвали полицию, и к ним не выходили. При аресте по данному уголовному делу (30.07.2013), возбуждение которого стало для него полной неожиданностью, потому что никто и никогда никаких претензии о деятельности завода не предъявлял, тёща опознала лицо, приезжавшее 26.12.202 и 15.01.2014 к его дому, и, как выяснилось позже, этим лицом оказался сотрудник ФСБ. Находясь в СИЗО № 1 г.Краснодара, в середине ноября 2013 года к нему приходил сотрудник ФСБ с требованием подписать приготовленные на 10 листах показания его допроса. Эти показания он (Игнатенко П.Н.) без учёта своего мнения подписать отказался, на что сотрудник ФСБ сказал ему, что его мнение никого не интересует, и что он (Игнатенко П.Н.) об этом пожалеет, потому что из – за этого отказа его закроют в «спецы». После этого администрация следственного изолятора за семь месяцев содержания под стражей поменяли ему более 10 камер, принуждая, таким образом, к подписанию нужных показаний. Считает, что договор купли – продажи сахар – песка № S 37/431 от 12.11.2012 заключён без нарушений закона и в интересах ОАО «Каневсксахар» с учётом его знаний сахарной отросли и наработанного опыта. Условия данного договора были лучше, чем в других предлагаемых сделках, и в той ситуации, в которой находился завод в то время, эти условия были более приемлемые для завода, чем другие. Будучи единственным представителем исполнительного органа ОАО«Каневсксахар», наделённого законом и уставом правом самостоятельно заключать хозяйственные сделки, подписал указанный договор самостоятельно, предварительно проконсультировавшись о себестоимости сахар – песка с Селиной. Договор не прошел процедуру визирования другими специалистами завода, потому что эта процедура касается условий договора, по которым предусмотрено расходование денег, а не продажа продукции завода, что относилось к обычной хозяйственной деятельности завода. Если бы у него, как руководителя, возникли бы сомнения в рентабельности или в законности этой сделки, то тогда он бы пригласил для консультации специалистов, но таких сомнений у него не было. Как правило, проекты договоров для согласования готовила интересующаяся сторона, и данный проект был не исключение. При его подписании договор уже был завизирован со стороны ООО «АгроИндустрия» директором Оденко А.Г. и передан в ОАО «Каневсксахар» через общих знакомых, сотрудничающих с ООО «Кубанский сахар», которые, в свою очередь, были заинтересованы в долгосрочных деловых отношениях с ОАО «Каневсксахар», а потому каких – либо сомнений в надлежащем выполнении условий этого договора у него (Игнатенко П.Н.) не было. Корыстных целей при заключении данного договора тоже не было, считает эту сделка рентабельной в пределах 16-20 % и прибыльной. При этом условие отсрочки оплаты по договору считает соответствующими интересам ОАО «Каневсксахар», поскольку сахар – песок нельзя было оставлять на зиму, потом что он сыреет, а потому выгоднее было продать его ООО «АгроИндустрия» по предложенной цене, нежели оставлять на складе и рисковать его товарным видом. Если бы условия этого договора были бы кабальные и не выгодные для ОАО «Каневсксахар», то ему об этом бы сказали сотрудники завода. При заключении договора мнения Благовещенской О.В. и Сивакова Ф.Н. о выгодности этой сделки носили рекомендательный характер, а сообщённые ими сведения о надёжности и работоспособности ООО «АгроИндустрия» имели гарантирующее значение. В практике сахарных заводов всегда происходили зачеты встречных требований и перепродажи сахар – песка со склада готовой продукции завода, что частично произошло при исполнении и этого договора, когда часть продукции забрал ООО «Кубанский сахар», а часть ООО «АгроИндустрия». В уголовном деле кроме голословных слов потерпевшей стороны, нет ни одного официального документа и аудиторского заключения, подтверждающих ущерб ОАО «Каневсксахар». После его увольнения из ОАО«Каневсксахар» на заводе образовалась дебиторская задолженность по данному договор не по его вине, а по вине нового руководства, из – за непринятия им зачётов встречных требований к ОАО «Каневсксахар» на сумму 117 039 487 руб. совершённых ООО «АгроИндустрия» (т. 11, л.д. 98, 113). Каким образом создавалось ООО «АгроИндустрия» он не знал, как не знал другие детали взаимоотношений лиц, так или иначе связанных с этой организацией. Всю финансово-хозяйственную деятельность на заводе курировал он сам. С ООО «Кубанский сахар» были договорные отношения по поставке сахара – сырца, в ходе которых Благовещенская О.В. приезжала на завод для проверки деятельности завода в рамках этих отношений. Свидетели: Мишарев, Месропян и Григоренко дают против него ложные показания, потому что они находятся в подчинении концерна «Покровский», контролирующего работу ОАО «Каневсксахар», а потому их могли либо попросить об этом, либо они хотят, таким образом, снять с себя ответственность за свои действия, которые так или иначе связаны с хозяйственной деятельностью завода. Сиваков Ф.Н. стал давать ложные показания, потому что испугался уголовной ответственности за хищение сахар – песка, которое якобы было совершено с использованием созданной им ООО «АгроИндустрия».

Однако суд первой инстанции ни одно из изложенных Игнатенко П.Н. обстоятельств не исследовал, что не помешало ему назвать его показания алогичными и противоречащими здравому смыслу со ссылкой на нарушение Игнатенко П.Н. требований ст. 10 ГК РФ.

В результате, с одной стороны, суд первой инстанции признал действия Игнатенко П.Н. по заключению договора № S 37/431 от 12.11.2012 неразумными, с другой стороны, хищением     6 002 тонн сахар – песка с использованием указанного договора.

В соответствии с п. 1 ст. 389.15, п. 4 ст. 389.16 основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются выводы суда, изложенные в приговоре, если они содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного.

Выводы суда первой инстанции, изложенные в обжалуемом приговоре, содержат существенные противоречия, и они могли повлиять на решение вопроса о виновности Игнатенко П.Н., что подтверждается следующим.

Согласно Примечания. 1. к ст. 158 УК РФ «…Под хищением … понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества….».

Следовательно, при хищении чужого имущества виновное лицо действует умышленно с целью причинить вред собственнику этого имущества, тогда как неразумные действия в экономической сфере такую цель не преследуют, так как они направлены на положительный экономический результат, но который не был достигнут, не потому что виновное лицо безвозмездно изъяло чужое имущество, а потому что оно не предусмотрело те или иные факторы при совершении своих действий, которые должно было предусмотреть, если бы действовало разумно.

Таким образом, вывод суда первой инстанции о неразумности действий Игнатенко П.Н. при заключении договора № S 37/431 от 12.11.2012 противоречит его же выводу о том, что Игнатенко П.Н. совершил хищение чужого имущества с помощью этого договора.

Данные противоречия являются существенными, поскольку установленный судом факт неразумности в действиях Игнатенко П.Н. полностью опровергает вывод суда о хищении чужого имущества, а значит при таких обстоятельствах в действиях Игнатенко П.Н. отсутствует состав преступления, предусмотренный ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Далее, согласно п. 2 ст. 8 Кодекса судейской этики, утверждённого VIII Всероссийским съездом судей 19.12.2012 «…Судья при рассмотрении дела обязан придерживаться независимой и беспристрастной позиции в отношении всех участников процессаи должен осуществлять судейские полномочия, исходя исключительно из оценки фактических и правовых обстоятельств дела, в соответствии с внутренним убеждением, уважая процессуальные права всех участвующих в деле лиц…».

Однако, как следует из обжалуемого приговора, судья Белохортов И.И. судейские полномочия при рассмотрении настоящего уголовного дела осуществлял с нарушениями требований Кодекса судейской этики, то есть изложенным в показаниях Игнатенко П.Н. обстоятельствам правовую оценку не дал, что не помешала ему бездоказательно назвать показания Игнатенко П.Н. «алогичными и противоречащими здравому смыслу», положив в основу приговора субъективные мнения участников стороны обвинения.

Кроме того, судья Белохортов И.И. не дал правовую оценку и не указал в приговоре, какой закон:

  1. нарушил Игнатенко П.Н., когда находился под управлением и контролем руководства ООО «Кубанский сахар», принимал решения по согласованию с ним и когда заключил договор № S 37/431 от 12.11.2012 по указанию Благовещенской О.В., не убедившись при этом в платёжеспособности ООО «АгроИндустрия»;
  2. обязывал Игнатенко П.Н.:
  • согласовывать условия договора № S 37/431 от 12.11.2012 с профильными сотрудниками аппарата управления ОАО «Каневсксахар»;
  • принимать предложения о покупке сахар – песка от других организаций, если их условия, по мнению третьих лиц, были экономически выгоднее для ОАО«Каневсксахар»;
  • исключить из договора № S 37/431 от 12.11.2012 условия об отсрочке платежа на длительный срок, потому что это условие не соответствовало обычаям делового оборота (практике работы завода);
  • лично вести переговоры с директором ООО «АгроИндустрия» Оденко А.Г.
  • заключить договор купли – продажи сахар – песка с ООО «Кубанский сахар», а не с неизвестной новому руководству ОАО «Каневсксахар» фирмой.

Отсутствие в приговоре судебной оценки перечисленным действиям/бездействиям Игнатенко П.Н. со ссылкой на конкретные нормы материального права свидетельствует о том, что судья Белохортов И.И. в очередной раз нарушил п. 2 ст. 8 Кодекса судейской этики и, по сути, придерживался не беспристрастной позиции, а потому к каждому его выводу относительно Игнатенко П.Н. и приговору в целом следует относиться критически.

Далее, суд указал в приговоре, что договор № S 37/431 от 12.11.2012 Игнатенко П.Н. подписал из корыстной заинтересованности, что следует из показаний свидетелей: Осканова М.Х., Григоренко С.М., Мишарев М.Н. и Месропян Ю.Г., которым Игнатенко П.Н., якобы сам рассказал о том, что получил за подписание этого договора «…хорошие деньги…».

Однако, во – первых, Игнатенко П.Н. сообщил в показаниях, что названные свидетели являются заинтересованными лицами, потому что они либо опасаются уголовного преследования в отношении себя, либо их кто – то попросил со стороны концерна «покровский» дать такие показания, поскольку они подконтрольны этому сообществу.

Во – вторых, доверяя показаниям названных свидетелей и игнорируя показания П.Н. Игнатенко, суд первой инстанции не последователен в своих выводах, поскольку, с одной стороны, он считает Игнатенко П.Н. преступником, способным совершить крупное хищение, что может сделать человек, криминологический портрет которого не позволяет сделать вывод о том, что после такого преступления он будет рассказывать «первому встречному» мотив совершённого им преступления. С другой стороны, суд считает его (Игнатенко П.Н.) слабоумным и недалёким, поскольку, совершив хищение на 8 – лет лишения свободы, Игнатенко П.Н. после этого рассказывает «первым встречным», что он за это преступление получил деньги. Однако в материалах уголовного дела нет доказательств слабоумия Игнатенко П.Н., а потому, если быть последовательным и логичным, то к показаниям Осканова М.Х., Григоренко С.М., Мишарева М.Н. и Месропяна Ю.Г. необходимо было отнестись критически.

Кроме того, оценивая показания свидетелей стороны защиты и показаний свидетелей Осканова М.Х., Григоренко С.М., Мишарева М.Н. и Месропяна Ю.Г., суд первой инстанции руководствовался «правилами двойных стандартов», что подтверждается следующим.

Так, свидетель Фоменко С.О. сообщила суду сведения и приобщила к материалам документы, подтверждающие гражданско-правовой характер отношений, связанных с заключением и исполнением договора № S 37/431 от 12.11.2012, а также сообщила суду сведения, изобличающих Каравайко А.В., Осканова М.Х. и других лиц в вымогательстве, угрозах убийством, в организации незаконных уголовных преследований, в превышении должностных полномочий и т.д. Однако суд первой инстанции отнёсся к эти показаниям критически, признав показаниями Фоменко С.О. в качестве показаний заинтересованного лица, так как она является дочерью Санзяпова О.И.

При этом к показания Осканова М.Х., Григоренко С.М., Мишарева М.Н. и Месропяна Ю.Г. суд отнёсся как к достоверным, обосновав своё решение тем, что названные свидетели предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, и у суда отсутствуют данные о заинтересованности этих свидетелей в исходе уголовного дела.

Однако Фоменко С.О. тоже предупреждалась об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, и если следовать логике суда, то Осканов М.Х., Григоренко С.М., Мишарев М.Н. и Месропян Ю.Г. тоже являются заинтересованными лицами, поскольку они подконтрольны концерну «покровский», в интересах которого возбужденно данное уголовное дело, что было установлено заместителем прокурора Краснодарского края Рябоконевым В.В., который в требованиях об устранении нарушений федерального законодательства, допущенных в ходе предварительного расследования уголовного дела №13900615 (т. 24, л.д. 283) указал, что «…В целом, … обвинение построено на субъективных показаниях представителей ОАО «Каневсксахар», преследующих цель обеспечить свои интересы, предусмотренные положениями ст. 42 УПК РФ. Причастности Санзяпова О.И. либо его организации к совершению как данного преступления, так и другим преступлениям, следствием до настоящего времени не собрано…». Свидетели Осканов М.Х., Григоренко С.М., Мишарев М.Н. и     Месропян Ю.Г. являются представителями ОАО «Каневсксахар».

Кроме того, заинтересованность названных свидетелей в исходе дела подтверждается так же тем, что они по разному причастны к исследуемым по настоящему уголовному делу финансовым и хозяйственным процессам в ОАО «Каневсксахар», за участие в которых следственные органы тоже могли при желании привлечь их к уголовной ответственности.

Таким образом, изложенный анализ выводов суда первой инстанции тоже позволяют сделать вывод о том, что при постановлении приговора суд первой инстанции занял не беспристрастную позицию по делу, необоснованно отдав предпочтения показаниям свидетелей стороны обвинения.

Далее, опровергая довод защиты о совершённых ООО «АгроИндустрия» зачётах, прекративших финансовые обязательства по договору № S 37/431 от 12.11.2012 в силу ст.ст. 410, 412 ГК РФ, судья Белохортов И.И. вновь допустил нарушения п. 2 ст. 8 Кодекса судейской этики, в силу которого «…Судья при рассмотрении дела должен осуществлять судейские полномочия, исходя исключительно из оценки ….. правовых обстоятельств дела…».

Так, из обжалуемого приговора следует, что суд не признал зачёты ООО «АгроИндустрия» на том основании, что его бывший директор считает эти зачёты в настоящее время необоснованными, потому что инициатива их совершения исходила не от директора, а от третьих лиц, которые подготовили необходимые документы, а он (директор) только подписал эти документы.

Кроме того, основанием непризнания зачётов для суда стало то обстоятельство, что ООО«АгроИндустрия» не ведёт никакой деятельности и является фиктивной неплатежеспособной фирмой с фиктивными учредителями и директорами, имеющая уставный капитал всего 50 000 рублей, а в период с 12.11.2012 по 26.11.2012 на её банковском счете не было достаточных средств для расчетов по договору № S 37/431 от 12.11.2012.

Таким образом, мнение бывшего директора юридического лица, хозяйственные показатели этого юридического лица, размер его уставного капитала и отсутствие за конкретный период денежных средств на банковских счетах юридического лица позволили суду первой инстанции признать произведённые им зачёты встречных однородных требований к другому юридическому лицу недействительными, то есть не влекущими юридических и экономических последствий.

Однако, признавая зачёты ООО «АгроИндустрия» на этом основании недействительными, суд первой инстанции в очередной раз не указал нормы закона, на основании которых документально неподтверждённое мнение бывшего директора общества о необоснованности совершённых им зачётов является основанием не признавать юридические и экономические последствия этих зачётов, предусмотренные ст.ст. 410, 412 ГК РФ.

Кроме того, признавая зачёты ООО «АгроИндустрия» недействительными, суд первой инстанции не указал норму закона, на основании которой документ, подтверждающий односторонний зачёт, может быть недействительным, только лишь потому, что этот документ подготовили третьи лица, а руководитель организации подписал этот документ по их инициативе.

Суд также не указал, какой закон обязывает коммерческие организации при заключении сделок на сумму 117 039 487 руб. иметь уставный капитал свыше 50 000 рублей, и какой закон обязывает эти организации как на дату заключения такой сделки, так и в последующие 14 дней после её заключения («…в период с 12.11.2012 по 26.11.2012 на её банковском счете не было достаточных средств для расчетов по договору № S 37/431 от 12.11.2012…»), иметь достаточные средства для выплаты контрагенту 117 039 487 руб.

Таким образом, суд первой инстанции сделал вывод об отсутствии правовых и экономических последствий у зачётов ООО «АгроИндустрия» на основании совершения бывшим директором ООО «АгроИндустрия» и другими лицами правомерных и (или) незапрещённых законом действий, что свидетельствует не только о нарушении судьей Белохортовым И.И. Кодекса судейской этики, но и о нарушении судом основ гражданского законодательства, закреплённых в ст. 1 ГК РФ, а также требований ст. ст. 410, 412 ГК РФ, которые автоматически и без согласия кредитора, прекращают встречные однородные требования при совершении односторонних зачётов.

Далее, в опровержение доводов Игнатенко П.Н. об отсутствии у ОАО «Каневсксахар» имущественного вреда, суд первой инстанции указал на то, что имущественный вред у потерпевшего установлен финансово – экономической экспертизой, содержащей выводы:

  • п. 1. «…В бухгалтерском учёте ОАО «Каневсксахар» отражена реализация товаров в адрес ООО «АгроИндустрия» за период с 12.11.2012 по 26.12.2012 в общей сумме 117039 487 руб. 50 коп…».
  • п. 6. «…Денежные средства от ООО «АгроИндустрия» по договору № S 37/431 от 12.11.2012 купли – продажи сахара за период с 12.11.2012 по 01.07.2013 на счёт  ОАО«Каневсксахар» № 40702810730340100150 в отделение № 8619 ОАО «Сбербанк России» не поступали….».

Однако, как указано в дополнительных доводах к апелляционной жалобе, данная экспертиза является бухгалтерской, о чём эксперт Кулишова А.А. указала в своём заключении, что суд первой инстанции во внимание не принял, а потому только это обстоятельство является основанием для отмены обжалуемого приговора в силу п. 1 ст. 389.15, п.п. 1, 2 ст. 389.16 УПК РФ, поскольку вывод суда о доказанности общественно опасных последствий у потерпевшего, которые, по мнению суда первой инстанции, подтверждаются финансово-экономической экспертизы, не подтверждён доказательствами, рассмотренным в судебном заседании, поскольку таких доказательств в уголовном деле нет.

Вместе с тем, если предположить, что имущественный вред у ОАО «Каневсксахар» подтверждён надлежащим доказательством, например, бухгалтерской экспертизой Кулишовой А.А., то и в этом случае в действиях Игнатенко П.Н. отсутствует состав объективной и субъективной стороны вменённого ему мошенничества, что подтверждается следующим.

Каждый состав преступления, предусмотренный главой 21 УК РФ, является по своей конструкции материальным. Преступление окончено с момента наступления общественно опасных последствий, и эти последствия должны находится в причиной связи с деянием.

Анализ исследовательской и резолютивной части бухгалтерской экспертизы на предмет определения экономической характеристики имущественного вреда у ОАО «Каневсксахар» позволяет сделать вывод о том, что под общественно опасными последствиям и у ОАО«Каневсксахар» понимается дебиторская задолженность в размере 117039487 руб., возникшая по данным бух.учёта потерпевшего в результате отсутствия выплат по договору № S 37/431 от 12.11.2012.

Из логики обвинения Игнатенко П.Н. следует, что данная дебиторская задолженность находится в причинной связи с действиями Игнатенко П.Н., который организовал отгрузку 6002 тонн сахар – песка из ОАО «Каневсксахар» под прикрытием договора № S 37/431.

В соответствии с п. 1 ст. 389.15 и п. 2 ст. 389.16. УПК РФ приговор подлежит отмене или изменению, если суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

Из обвинения Игнатенко П.Н. не понятно, каким образом дебиторская задолженность по договору № S 37/431 находятся в причинной связи с действиями Игнатенко П.Н., поскольку на момент её образования Игнатенко П.Н. уже не имел возможности влиять на экономическую политику ОАО «Каневсксахар» и, соответственно, не имел права принимать/не принимать зачёты ООО «АгроИндустрия», которые бы погасили эту задолженности в силу ст.ст. 410, 412 ГК РФ, если бы новый руководитель ОАО «Каневсксахар» М.Х.Осканов дал поручение бухгалтерии отразить эти зачёты в бух.учёте общества.

Суд первой инстанции данные обстоятельства не учёл, тогда как они могли существенно повлиять на его вывод о наличии между общественно опасными последствиями у ОАО «Каневсксахар» и действиями Игнатенко П.Н. причинной связи, которая при таких обстоятельствах усматривается в действиях/бездействии Осканова М.Х., допустившего образование указанной «общественно опасной» дебиторской задолженности.

Далее, в силу п. 2 ст. 307 УПК РФ «…Описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать: … доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства…».

Делая вывод о том, что Игнатенко П.Н. знал что Оденко А.Г. не будет оплачивать отгруженный сахар – песок, суд первой инстанции не указал доказательства, на основании которых суд сделал данный вывод.

В соответствии с п. 1 ст. 389.17 УПК РФ «…Основаниями отмены … судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных настоящим Кодексом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения….».

Изложенный анализ обжалуемого приговора показал, что отсутствие в приговоре доказательств причинной связи между общественно опасными последствиями и действиями Игнатенко П.Н., а также отсутствие в приговоре доказательств, подтверждающих осведомлённость Игнатенко П.Н. о том, что Оденко А.Г. не будет оплачивать сахар – песок, свидетельствует о нарушении судом первой инстанции п. 2 ст. 307 УПК РФ, что, в свою очередь, привели к постановлению необоснованного и, соответственно, незаконного приговора.

Здесь следует отметить, что факт отсутствия в уголовном деле объективных доказательств состава преступления в действиях всех фигурантов по настоящему уголовному делу был также установлен зам. прокурора Краснодарского края Рябоконевым В.В., который указал в требовании об устранении нарушений федерального законодательства, допущенных в ходе предварительного расследования уголовного дела № 13900615, что «…при производстве предварительного следствия следователями нарушены требования ст.ст. 6, 6.1, 153, 171 – 175 УПК РФ, что выражается в предъявлении обвинения установленным лицам при явном отсутствии достаточной совокупности доказательств, свидетельствующих об их причастности к расследуемым преступлениям, необъективности следствия и необоснованности основополагающих процессуальных решений…. Собирание доказательств, их проверка и оценка проводится следователями с обвинительным уклоном, то есть необъективно и в нарушение ст.ст. 85 – 88 УПК РФ … Анализ материалов уголовного дела № 13900615 и собранных доказательств показал, что в нарушение ч. 1 ст. 171 УПК РФ при предъявлении Санзяпову О.И. обвинения следователь не располагал достаточной совокупностью доказательств, дающих основания для обвинения лица в совершении тяжкого преступления.…» (т. 24, л.д. 282-283).

После этого в уголовном деле ничего не изменилось!

Ссылка представителя ОАО «Каневсксахар» Горгадзе Ш.О. на то, что вступившее в законную силу судебное решение по арбитражному делу, которым договор купли продажи сахар-песка № S 37/431 признан недействительным, не состоятельна, поскольку судебное разбирательство по гражданским делам не может заменить уголовное судопроизводство, что также нашло своё отражение в п.п. 3.2., 4. (описательной части) и в п. 1 резолютивной части Постановления Конституционного Суда РФ № 30-П от 21.12.2011 «По делу о проверке конституционности положений ст. 90 УПК РФ» (на которую, по сути, ссылался Ш.О.Горгадзе), где указано, что «…фактические обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом, разрешившим дело по существу в порядке гражданского судопроизводства, сами по себе не предопределяют выводы суда о виновности обвиняемого по уголовному делу, которая устанавливается на основе всей совокупности доказательств, включая не исследованные при разбирательстве гражданского дела доказательства, подлежащие рассмотрению в установленных уголовно-процессуальным законом процедурах…».

На основании изложенного, —

ПРОШУ:

Приговор Каневского районного суда Краснодарского края в отношении Игнатенко П.Н. от 15.06.2016 отменить и вернуть уголовное дело прокурору для устранения нарушений уголовно-процессуального законодательства, допущенных следственным органом при составлении обвинительного заключения. В противном случае приговор в отношении  Игнатенко П.Н. отменить и вынести оправдательный приговор с признанием за ним права на реабилитацию в порядке, установленном главой 18 УПК РФ.

«08» сентября 2016 года

obstoyatelstva-dela2 sudebnoe-razbiratelstvo1 dei-stviya-nezakonnye vneprotsessualnye-obrashheniya-2 reshenie-po-delu1

Похожие записи

Ваше мнение