Незаконные действия судьи Власенко В.А.

адвокат Сочи Ерченко Л.В.
Судья Центрального районного суда г. Сочи Власенко В.А.
ДЕЛО № 2-1983/2017 (1-я инстанция) 
секретарь: Восканян А.Ю. 
истец:  <…данные извлечены…>
ответчик :  ООО «Сочи-Абсолют» 
pervaya-instantsiya apellyatsiya pervaya-kassatsiya vtoraya-kassatsiya nadzor
    Дата                                       Незаконные действия (решения) судьи и принятые меры, направленные на защиту нарушенных прав.
1) 06.06.2017    Истцом заявлено ходатайство о фото-видеосъёмки судебного заседания с места для публики, которое судья Власенко В.А. в нарушение принципа гласности гражданского судопроизводства, установленного ст. 10 ГПК РФ, удовлетворил частично, то есть разрешил фото-видеосъёмку судебного заседания с места, на кортом, как правило, сидит  другая сторона спора, запретив оператору фиксировать на фото и видео действия и высказывания судьи. В связи с нарушением судьёй Власенко В.А. Кодекса судейской этики истцом подана жалоба в Квалификационную коллегию судей.

2.) Из  содержания обжалуемого решения от 20.06.2017 следует, что судья Власенко В.А. уменьшил размер неустойки, установленной п. 2 ст. 6 закона от 30.12.2004 № 214-ФЗ, с <…данные извлечены…> рублей до <…данные извлечены…> рублей, обосновывая это решение п. 1 ст. 333 ГК РФ, содержащим право суда уменьшить неустойку, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства.

Кроме того, судья Власенко В.А. сослался в этой части на разъяснения Конституционного Суда РФ, содержащиеся в п. 2 определения № 263-0 от 21.12.2000, из которого следует, что согласно положения п. 1 ст. 333 ГК РФ суд обязан «…установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного, а не возможного размера ущерба…предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, — на реализацию требования ч. 3 ст.17 Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц…».

Истец полагает, что в этой части судья Власенко В.А. неправильно понял правовой смысл вышеуказанных разъяснений Конституционного Суда РФ и нарушил нормы материального права, что подтверждается следующим:

1. Из содержания п. 1 ст. 333 ГК РФ следует, что «…если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку…».

Следовательно, судья Власенко В.А. имел право уменьшить неустойку, если её размер явно несоразмерен последствиям нарушения обязательств.

Однако в этом же пункте содержится условие о том, что, «…если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении…». Аналогичное разъяснение содержится в п. 71. постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», в котором указано, что «…если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника…».

ООО «Сочи-Абсолют» осуществляет предпринимательскую деятельность и является коммерческой организацией, а потому судья Власенко В.А. имел право уменьшить неустойку только при наличии обоснованного заявления ответчика об уменьшении неустойки.

Однако такого заявления ответчик в суд не направлял, а значит при таких обстоятельствах суд первой инстанции применил закон для уменьшения неустойки (п. 1 ст. 333 ГК РФ), не подлежащий применению.

В соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 330 ГПК РФ применение закона, неподлежащего применению, является основанием для изменения судебного решения в апелляционном порядке, что подтверждается судебной практикой, содержащейся в определении ВС РФ от 07.02.2017 № 33-КГ16-21.

Обосновывая уменьшение неустойки с <…данные извлечены…> рублей до <…данные извлечены…> рублей правилами п. 6 ст. 13 закона «О защите прав потребителя» 07.02.1992 № 2300-1, предусматривающего ответственность «…изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя…» в виде штрафа в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя…», судья Власенко В.А. применил аналогию закона (п. 4 ст. 1 ГПК РФ: «…В случае отсутствия норм права, регулирующих спорное отношение, суд применяет нормы права, регулирующие сходные отношения (аналогия закона)…»).

Но судья Власенко В.А. уже применил для уменьшения неустойки норму права, содержащуюся в п. 1 ст. 333 ГК РФ, из которой следует, что неустойка может быть уменьшена, если её размер явно несоразмерный последствиям нарушения обязательства, а потому непонятно, на каком основании суд перовой инстанции применил в этой части ещё одну норму права, которая, по его мнению, тоже регулирует спорные отношения.

Из разъяснений Пленума ВС РФ, содержащихся в п. 34 постановления «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» № 17 от 28.06.2012, следует, что «…применение статьи 333 ГК РФ по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым…».

Требования п. 1 ст. 333 ГК РФ носят императивный характер, а потому с учётом разъяснений вышестоящей судебной инстанции суды вправе уменьшать неустойку в делах о защите прав потребителей только при наличии доказательств, подтверждающих обстоятельства, которые позволяют суду не применять к нарушителю(ям) прав потребителей правила о взыскании неустойки, предусмотренной законом, в полном объёме.

По мнению заявителя жалобы, применением к спорным отношениям в этой части двух норм закона (п. 6 ст. 13 закона «О защите прав потребителя» и п. 1 ст. 333 ГК РФ) судья Власенко В.А. пытался таким образом обойти требования п. 1 ст. 333 ГК РФ, обязывающего ответчика подать в суд заявление об уменьшении неустойки и доказать то обстоятельство, что неустойка в размере <…данные извлечены…> рублей является для отвечика явно несоразмерный последствиям двухгодичного нарушения ответчиком обязательств по договору № 69 от 30.07.2012.

В соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 330 ГПК РФ применение закона, неподлежащего применению, является основанием для изменения судебного решения в апелляционном порядке.

2. Нарушение судом норм права при отказе в удовлетворении ежедневной неустойки.

Отказывая в удовлетворении ежедневной неустойки в размере <…данные извлечены…> рублей на том основании, что что неустойка в размере <…данные извлечены…> рублей «…несоразмерима с последствиями неисполнения обязательств…», суд первой инстанции нарушил требования  п. 1 ст. 330 ГК РФ, что подтверждается следующим:

Согласно п. 65 постановления Пленума ВС РФ «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» от 24.03.2016 № 7 «…По смыслу статьи 330 ГК РФ, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ) … Присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию, а также то, что такое взыскание производится до момент фактического исполнения обязательства…».

Следовательно, отказывая в удовлетворении ежедневной неустойки, судья Власенко В.А.  неправильно истолковал требования п. 1 ст. 330 ГК РФ и не указал норму, которая, по его мнению, предоставляет судам возможность полностью отказывать в удовлетворении требований о ежедневной неустойке.

Кроме того, возложив на себя обязанность выступать в суде в интересах ответчика, судья Власенко В.А. не указал доказательства, которыми он обосновал свой вывод о том, что неустойка в размере <…данные извлечены…> рублей «…несоразмерима с последствиями неисполнения обязательств…».

В соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 330 ГК РФ неправильное истолкование закона является основанием для изменения решения суда в апелляционном порядке.

3. Нарушение судом норм права при отказе во взыскании убытков.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ «…Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений…».

Истец обосновал свои требования в части взыскания с ответчика убытков в размере <…данные извлечены…> рублей тем, что ни у него, ни у его супруги нет собственного жилья, а потому, переехав на постоянное место жительство в город Сочи, <…данные извлечены…> истец заключи с собственником съёмной квартиры (<…данные извлечены…>) договор коммерческого найма. В связи с тем, что ответчик не сдал дом в эксплуатацию в оговорённые договоров <…данные извлечены…> сроки, истец со своей супругой вынуждены ежегодно перезаключать указанный договор на новый срок. С целью подтверждения данного обстоятельства истец приложил к исковому заявлению <…данные извлечены…> договора коммерческого найма (том 1, л.д. 29-31) а также расписки и приходно-кассовые ордера, подтверждающие получение собственником квартиры – <…данные извлечены…> – <…данные извлечены…> рублей в качестве ежемесячной платы за пользование жилым помещением. Кроме того, истец приложил к исковому заявлению претензию в адрес ответчика (том 1, л.д. 38-40), содержащих требования к ответчику, возникших в связи с невыполнением ответчиком договорных обязательств. При этом истец пояснил в исковом заявлении, что в результате переговоров с ответчиком последний обязался компенсировать ему расходы на проживание семьи истца в съёмной квартире, начиная с <…данные извлечены…>. Однако с <…данные извлечены…> ответчик от выполнения данной обязанности стал уклоняться, ссылаясь на временные финансовые трудности.

Таким образом, подтверждая вышеуказанными доказательствами убытки, истец полгал, что он выполнил свои процессуальные обязанности, предусмотренные ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, надлежащим образом.

Однако судья Власенко В.А. так не посчитал, указав в обжалуемом решения на то, что истец не предоставил суду доказательств, подтверждающих:

  • возможность истца вселиться и проживать в квартире (без выполнения отделочных работ), которую ответчик обязан был передать ему по окончанию <…данные извлечены…>;
  • возможность истца выполнить отделочные работы без затраты на эти работы времени;
  • невозможность проживания истца и его супруги – <…данные извлечены…>  – по месту регистрации в <…данные извлечены…>;
  • отсутствие у истца и <…данные извечны…> иного жилого помещения, принадлежащего им на праве собственности в <…данные извлечены…>;
  • право собственности наймодателя <…данные извлечены…>, выполнение им обязанности декларировать свои доходы от сдачи объекта недвижимости в наем (ст. 228 НК РФ) и законность договорных отношений найма между семьёй истца и <…данные извлечены…>;
  • необходимости пользоваться <…данные извлечены…> — комнатной квартирой общей площадью <…данные извлечены…>.

При этом суд первой инстанции указал в обжалуемом решении, что «…стоимость коммунальных услуг за пользование услугами водоснабжения, электроснабжения, содержания жилья по договору коммерческого найма не относится к убыткам, обязанность по возмещению которых лежит на ответчике…».

Таким образом, на основании недоказанности истцом вышеизложенных обстоятельств, суд первой инстанции посчитал, что истец не выполнил свою процессуальную обязанность, предусмотренную ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, то есть не доказал наличие причинной связи между нарушением ответчиком сроков сдачи дома в эксплуатацию и расходами истца на съёмную квартиру.

Полагаю, в этой части решение судьи Власенко В.А. вынесено по некорректным, надуманным и искусственно созданным основаниям, что подтверждается следующим:

В соответствии с ч. 2 ст. 56 ГПК РФ «…суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались…».

Согласно п.п. 7, 8 постановления Пленума ВС РФ «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» от 24.06.2008 № 11 «…При выполнении задачи, связанной с представлением необходимых доказательств, судья учитывает особенности своего положения в состязательном процессе. Судья обязан уже в стадии подготовки дела создать условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела. Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле, но с учетом характера правоотношений сторон и нормы материального права, регулирующей спорные правоотношения. Судья разъясняет, на ком лежит обязанность доказывания тех или иных обстоятельств, а также последствия непредставления доказательств. При этом судья должен выяснить, какими доказательствами стороны могут подтвердить свои утверждения, какие трудности имеются для представления доказательств, разъяснить, что по ходатайству сторон и других лиц, участвующих в деле, суд оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств (часть 1 статьи 57 ГПК РФ)…. Доказательства, представленные сторонами и другими лицами, участвующими в деле, проверяются судьей на их относимость (статья 59 ГПК РФ) и допустимость (статья 60 ГПК РФ). Судье следует во всех случаях предлагать сторонам указать, какие именно обстоятельства могут быть подтверждены этими доказательствами …».

Следовательно, из содержания закона и разъяснений вышестоящей судебной инстанции следует, что судья Власенко В.А. обязан был вынести обстоятельства, которые он посчитал недоказанными истцом, на обсуждение, после чего обязан был выяснить, какими доказательствами истец может подтвердить свои умозаключения (выводы). При этом судья Власенко В.А. обязан был предложить истцу указать, какие именно обстоятельства могут быть подтверждены предоставленными суду доказательствами.

Однако судья Власенко В.А. ни на одном судебном заседании перечисленные требования закона и разъяснения вышестоящей судебной инстанции не выполнил, что привело к рассмотрению настоящего иска в ситуации, когда истец, подтверждая убытки вышеперечисленными доказательствами, думал, что он выполнил свои процессуальные обязанности в полном объёме, тогда как судья Власенко В.А., молчаливо наблюдающий за этими попытками истца, считал в тайне от последнего, что истец со своей задачей не справляется. То есть, фактически, судья Власенко В.А. присутствовал в данном судебном заседании в качестве номинального наблюдателя с полномочиями председательствующего судьи, объективно защищая своим бездействием интересы ответчика.

Полагаю, при таких обстоятельствах судебное заседание по настоящему делу прошло в нарушение принципа состязательности сторон, закреплённого в ч. 2 ст. 12 ГПК РФ, в соответствии с которым «…суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел…».

Данное нарушение привело к принятию неправильного решения по делу, поскольку в результате нарушения судом требований ч. 2 ст. 12, ч. 2 ст. 56 ГПК РФ, постановления Пленума ВС РФ «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» от 24.06.2008 № 11, истец лишился возможность не только доказать те обстоятельства, которые, по мнению судьи Власенко В.А., он обязан доказать, но и понять, каким образом положенные им в основу решения недоказанные истцом обстоятельства могут подтвердить наличие причинной связи (в случае их доказанности) между расходами истца на съёмную квартиру и нарушением ответчиком сроков сдачи дома в эксплуатацию.

Так, из содержания обжалуемого решения не понятно, почему невозможность истца вселиться и проживать в квартире без отделочных работ не подтверждает причинную связь между нарушением ответчика срока сдачи дома в эксплуатацию и расходами истца на проживание истца в съёмной квартире?

Кроме того, непонятно, почему возможность/невозможность истца проживать в квартире без отделочных работ, выполнить отделочные работы без затрат времени на эти работы, необходимости у семьи истца пользоваться двухкомнатной квартиры общей площадью <…данные извлечены…> являются обстоятельствами, подлежащими доказыванию по делам о взыскании законной неустойки с учётом того, что создание себе жилищных условий и сроки, в которые они будут созданы, это личное дело каждого, в которое суды вмешиваться не вправе.

Что касается не предоставления истцом доказательств невозможность проживания истца и его супруги – <…данные извлечены…>  – по месту регистрации <…данные извлечены…> и доказательств отсутствия у них другого жилья, кроме съёмной квартиры, то в этой части суд первой инстанции, во-первых, установил обстоятельства, которые материалами дела не подтверждены, так как истец постоянно зарегистрирован в <…данные извлечены…>, о чём указано в исковом заявлении, а <…данные извлечены…> – в <…данные извлечены…>, которая согласно ст. 16 ЖК РФ не является жилым помещением.

Во-вторых, непонятно, каким образом наличие у истца и его супруги возможности проживать в <…данные извлечены…> и (или) наличие у них другого жилья освобождает ответчика от взыскания с него расходов за пользование истцом съёмной квартирой. По сути, такой подход к установлению причинной связи по делам о взыскании законной неустойки, свидетельствует о том, что ответчик освобождается от возмещения потребителю убытков, если потребитель может компенсировать их за свой счёт. Однако судья Власенко В.А. не указал нормы закона, предоставляющих судам право освобождать ответчика от материальной ответственности на том основании, что потребитель не доказали отсутствие у него имущества, за счёт которого он может избежать убытков, причинённых ему ответчиком.

По мнению истца, вышеперечисленные основания искусственно-созданы судьей  Власенко В.А. в нарушение требований ч. 2, ст. 12, ч. 2 ст. 56 ГПК РФ и п.п. 7, 8 постановления Пленума ВС РФ «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» от 24.06.2008 № 11, обязывающих суды выносить на обсуждение обстоятельства, имеющие значение для дела и выяснять, какими доказательствами эти обстоятельства можно подтвердить.

Кроме того, отказ в удовлетворении требований истца о взыскании убытков судья Власенко В.А. обосновал недоказанностью истцом:

  • права собственности <…данные извлечены…> на съёмную квартиру;
  • выполнения <…данные извлечены…> обязанности декларировать свои доходы от сдачи съёмной квартиры в пользование семье истца;
  • законности договорных отношений найма съёмной квартиры.

Однако в результате нарушения судьёй Власенко В.А. требований ч. 2, ст. 12, ч. 2 ст. 56 ГПК РФ и п.п. 7, 8 постановления Пленума ВС РФ «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» от 24.06.2008 № 11, эти обстоятельства на обсуждение судьёй Власенко В.А. не выносились.

В результате нарушения перечисленных норм закона и разъяснений вышестоящей судебной инстанции суд первой инстанции ошибочно признал «…стоимость коммунальных услуг за пользование услугами водоснабжения, электроснабжения, содержания жилья по договору коммерческого найма…» расходами истца, которые якобы истец включил в сумму <…данные извлечены…> рублей. И это при том, что суд исследовал все квитанции, расписки и договоры коммерческого найма, из которых следовало, что эти расходы истец и его супруга оплачивали отдельно.

Таким образом, изложенное позволяет сделать вывод о том, что в нарушение требований  ч. 2, ст. 12, ч. 2 ст. 56 ГПК РФ и п.п. 7, 8 постановления Пленума ВС РФ «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» от 24.06.2008 № 11 судья Власенко В.А. создал своими действиями/бездействием условия, которые позволили ему обосновать обжалуемое решение в части отказа в удовлетворении требований истца о взыскании убытков искусственно-созданными основаниями, что в свою очередь привело к нарушению принципа состязательности сторон, закреплённого в ч. 2 ст. 12 ГПК РФ, согласно которого «…суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел…».

4. Недоказанность законности договорных отношений найма.

Из логики обжалуемого решения следует, что, если истец не доказал право собственности    <…данные извлечены…> на квартиру и выполнение <…данные извлечены…> налоговых обязательств, возникших от сдачи данной квартиры в наём, то, следовательно, сделка-найма с его квартирой является незаконной, а значит расходы истца по такой сделке не могут быть взысканы с ответчика в качестве убытков.

Однако такой подход к оценке договорных отношений и, соответственно, к оценке оснований отказа во взыскании убытков свидетельствует о неправильном понимании судьёй Власенко В.А. целей и задач гражданского законодательства и закона «О защите прав потребителей», что подтверждается следующим:

4.1.) Невыполнение <…данные извлечены…> налоговых обязанностей (декларирование доходов от сдачи квартиры).

 В силу п. 1 ч. 1 ГК РФ «…гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом …, а также из действий граждан …, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают: … из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему…».

Согласно ст. 153 ГК РФ «…сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей…».

Из содержаний договоров коммерческого найма, заключённых истцом и его супругой с <…данные извлечены…>, не следует, что момент возникновения прав и обязанностей по этой сделке поставлен в зависимость от выполнения наймодателем налоговых обязательств, и закон не содержит норм, определяющих этот момент в качестве правоустанавливающего обстоятельства.

Следовательно, если предположить, что Сидоренко К.А. действительно не задекларировал доходы от сдачи съёмной квартиры в наём, то в этом случае действия истца, его супруги и Сидоренко К.А., в результате которых заключались договоры найма, всё равно признаются сделками, влекущими для сторон правовые последствия в виде отношений коммерческого найма.

Таким образом, если бы судья Власенко В.А. вынес вопрос о выполнении Сидоренко К.А. налоговых обязанностей на обсуждение, и если бы было установлено, что <…данные извлечены…> эти обязанности не выполняет, то вывод судьи Власенко В.А. о незаконности договоров коммерческого найма на этом основании был бы сделан им в нарушении требований материального права.

4.2.) Отсутствие у <…данные извлечены…> права собственности на квартиру.

Если предположить, что <…данные извлечены…> действительно не имел право собственности на съёмную квартиру, то это обстоятельство тоже не освобождает ответчика от компенсации убыток истцу, что подтверждается следующим.

В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 209 ГК РФ «…Собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом… Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом…».

Следовательно, только собственник съёмной квартиры вправе распоряжаться ею и заключать различного рода сделки, в том числе, сделки-найма.

Из содержания ст. 168 ГК РФ (Недействительность сделки…) следует, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна. А согласно п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечёт правовых последствий.

Таким образом, несмотря на отсутствие в обжалуемом решении норм, на основании которых судья Власенко В.А. признал спорные сделки-найма незаконными, изложенный анализ вышеприведённых требований гражданского законодательства позволяет сделать вывод о том, что в основе умозаключения судьи Власенко В.А. о незаконности сделок-найма съёмной квартиры лежали именно эти нормы.

Вместе с тем из содержания ч. 2 ст. 167 ГК РФ «…при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость…».

Следовательно, если предположить, что договоры со съёмной квартирой заключены незаконно, то в этом случае истец и его супруга должны вернуть эту квартиру <…данные извлечены…>, а точнее «собственнику» квартиры, а <…данные извлечены…> обязан вернуть истцам полученные от них <…данные извлечены…> рублей.

Однако этого не произошло, поскольку «неустановленный» собственник съёмной квартиры не желает признавать сделки-найма с его квартирой незаконными, видимо, потому что не считает, что истец, его супруга и <…данные извлечены…> нарушили его право собственности на эту квартиру.

Если предположить, что собственник съёмной квартиры действительно признал бы сделки-найма с его квартирой незаконными, то и в этом случае расходы истца за пользование съёмной квартирой всё равно являлись бы для него убыткам, поскольку он и его супруга пользовались этой квартирой, а значит в силу п. 2 ч. 3 ст. 307.1. ГК РФ они обязаны были уплатить собственнику съёмной квартиры стоимость пользования этой квартирой.

Таким образом, изложенное позволяет сделать вывод о том, что в любом случае расходы истца и его супруги за пользование съёмной квартирой являются для истца убытками, возникшими по вине ответчика.

По сути, признавая спорные сделки-найма незаконными, судья Власенко В.А. нарушил требования п. 5 ст. 10 ГК РФ, согласно которого «… добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются…», и в нарушение требований п. 3 ст. 196 ГПК РФ вышел за пределы заявленных требований.

3) Отсутствие необходимости в пользовании <…данные извлечены…> квартирой.

Данное основание тоже не может быть основанием для отказа в удовлетворении требований об убытках, поскольку:

Во-первых, ответчик не считает, что истец пользуется жилой площадью с явно завышенным размером, поскольку с <…данные извлечены…> согласился оплачивать истцу съёмное жильё именно с такой площадью. Данный документ не был представлен судье Власенко В.А. из-за невыполнения последним требований ч. 2, ст. 12, ч. 2 ст. 56 ГПК РФ и п.п. 7, 8 постановления Пленума ВС РФ «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» от 24.06.2008 № 11, обязывающих суд вынести это обстоятельство на обсуждение.

Во-вторых, истец требует взыскать с ответчика в качестве убытков денежные средства, которые он вынужден расходовать для удовлетворения своих личных и семейных нужд на <…данные извлечены…> квартиру площадью <…данные извлечены…>, тогда как ответчик обязан был предоставить истцу аналогичную квартиру площадью <…данные извлечены…>.

Следовательно, расходуя денежные средства на пользование съёмной квартирой, истец тем самым восстанавливает нарушенные права на удовлетворение своих нужд с использованием квартиры с меньшей площадью по сравнению с той, которую ответчик обязан был передать истцу до <…данные извлечены…>.

Таким образом, выводы судьи Власенко В.А. о недоказанности необходимости в пользовании истцом и его супругой съёмной квартирой общей площадью <…данные извлечены…> направлены, по сути, на признание решения истца – приобрести квартиру площадью <…данные извлечены…> – необоснованным. Однако такой подход к оценке решений и действий участников гражданского оборота противоречит требованиям п. 2 ст. 1 ГК РФ, в соответствии с которыми «…граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора…».

Кроме того, оценивая необходимость истца пользоваться съёмной квартирой, судья Власенко В.А. нарушил нормы процессуального права, которые привели к принятию неправильного решения, что подтверждается следующим.

В соответствии с п. 1 ст. 56 ГПК РФ «…каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений…».

Если бы ответчик возражал относительно использования истцом квартиры площадью <…данные извлечены…>, то в таком случае он обязан был доказать то обстоятельство, что истец может удовлетворить жилищные потребности своей семьи с использованием квартиры меньшей площадью.

Однако ответчик этого не сделал, из чего следует вывод о том, что судья Власенко В.А. неправильно распределил бремя доказывания этого обстоятельства и установил обстоятельство, которое доказательствами не подтверждено. 

В соответствии с п. 3 ст. 330 ГПК РФ «…нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения суда первой инстанции, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения…».

5. Моральный вред.

Судья Власенко В.А. установил, что в результате невыполнения ответчиком взятых на себя обязательств по договору <…данные извлечены…> последний обязан компенсировать ответчику моральный вред в сумме <…данные извлечены…> рублей, тогда как истец требовал взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере <…данные извлечены…> рублей.

В качестве обоснования этого решения судья Власенко В.А. указал на то, что в результате невыполнения ответчиком договорных обязательств каких-либо тяжких последствий у истца, в виде «…/вред здоровью и т.п./ не наступило…».

При этом суд первой инстанции никоим образом не оценил доводы и доказательства истца, подтверждающие его нравственные страдания и переживания, которые он испытывал и продолжает испытывать в результате нарушения ответчиком срока сдачи дома в эксплуатацию (т. 1 л.д. 9).

Согласно ч. 1 ст. 195 ГПК РФ «…решение суда должно быть законным и обоснованным…».

В соответствии с п. 3 постановления Пленума ВС РФ от 19.12.2003 № 27 «О судебном решении» «…решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами…, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов…».

Из содержания обжалуемого решения не понятно, какими доказательствами суд первой инстанции обосновал вывод о том, что сумма в размере 10 000 рублей достаточна для компенсации нравственных страданий истца, с учётом того, что эти страдания происходят из нарушения ответчиком жилищных правах истца, гарантированных каждому ст. 40 Конституцией РФ.

6. Штраф.

Применяя к ответчику в качестве меры ответственности штраф в размер 50% от суммы, присуждённой в пользу потребителя (п. 6 ст.13 закона «О защите прав потребителей»), судья Власенко В.А. посчитал возможным уменьшить этот размер на основании ст. 333 ГК РФ.

В этом случае судья Власенко В.А. тоже нарушил нормы материального и процессуального права, что подтверждается следующим:

Во-первых, правила п. 6 ст. 13 закона «О защите прав потребителей» носят императивный (обязательных характер), а потому суд первой инстанции не имел применять к данной норме правила ст. 333 ГК РФ.

Во-вторых, судья Власенко В.А. не принял во внимание то обстоятельство, что требования ст. 333 ГК РФ можно применять только тогда, когда имеется заявление ответчика, которого, как указано выше, в распоряжении судьи Власенко В.А. не было.

В-третьих, если предположить, что судья Власенко В.А. имел право уменьшить указанный размер с применением ст. 333 ГК РФ, то в этом случае судья Власенко В.А. не принял во внимание разъяснения Пленума ВС РФ, содержащиеся в п. 34 постановления «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» от 28.06.2012 № 17, из которого следует, что «…применение статьи 333 ГК РФ по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым…».

В обжалуемом решении не указаны мотивы, по которым судья Власенко В.А. пришёл к выводу о необходимости сделать исключение из правил и уменьшить размер штрафа, присуждённый ответчику по правилам п. 6 ст. 13 закона «О защите прав потребителей»,  ещё на 50%, то есть не указал мотивы, по которым он признал размер законного штрафа недопустимым для ответчика.

Таким образом, анализ обжалуемого решения в этой части позволяет сделать вывод о том, что, незаконно уменьшив объёма материальной ответственности ООО «Сочи-Абсолют», судья Власенко В.А. нарушил принцип состязательности сторон, содержащийся в ч. 2 ст. 12 ГПК РФ, встав таким образом на сторону ответчика.

obstoyatelstva-dela2 sudebnoe-razbiratelstvo1 dei-stviya-nezakonnye vneprotsessualnye-obrashheniya-2 reshenie-po-delu1

Похожие записи

Ваше мнение